Опубликованы комментарии к написанию работ "Московский дом" и "На исходе дня". Перейти...

 
Опубликованы комментарии к написанию работ "Кариатида" и "Дом на Русаковской улице". Перейти...

 
Опубликованы комментарии к написанию работ "Дом в Кузьминках" и "Дворик на М.Коммунистической". Перейти...

В архивах газеты «Труд» обнаружена статья. 20 лет спустя возвращаем утраченное. Текст статьи...

 
Вчера пересмотрел наш культовый фильм «Семнадцать мгновений весны». Рекомендую всем.

 
Тут как-то мой приятель нашёл в интернете программу "Искусственный интеллект". Вот что из этого получилось. Перейти...


 

Галерея с авторскими комментариями художника. Часть 2


ПРОХОДНОЙ ДВОР
 
От автора: На  этот  дворик  я  вышел  случайно.  Хотя,  как  знать,  случайно  ли.  Где-то  в  районе  Арбата  начал  я  писать  его.  Сейчас,  много  лет  спустя  уже  и  не  найти  то  место.   А  тогда   композиция  была  уже  выстроена  в  натуре. Три  деревца  клонились  влево.  Видимо  в  той  стороне  чаще  появлялось  солнце  и,  они  тянулись  к  нему.  На  стенах  дворика,  залитых  солнцем   сохранились  всяческие  письмена  краской  и  мелом.  Как  то:  The   Beatles,  пацифистский  знак,  Спартак  —  чемпион,  Саня  —  козёл   и   прочие  глупости .
Символом  же  увиденного  являлась  бабуся  в  шляпке  и  с  авоськой.  Двор  был  проходной  и,  она  удалялась  к  выходу,  опираясь  на  свою  клюку.  Я  сразу  увидел  в  этом  потаённый  смысл  моего  этюда.  И  ему,  ещё  незаконченному,  дал  название:  "Проходной  двор".
Несколько  лет  спустя  я  оказался  в  тех  местах.  Перед  входом  во  двор  рабочие  долбили  отбойным  молотком  асфальт.   Я  спросил  у  них:
—  Можно  здесь  пройти?
—   Нет,  —  ответили  мне  — это  не  проходной  двор.
 
 

СНЕГ ВЫПАЛ

От автора: На  этой  картине  я  изобразил  интерьер  моей  первой  московской  квартиры.  Всё  так  и  было  в  реальности.  И  этот  диван,  который  я  приобрёл  на  свалке.  И  стол  старинный  оттуда  же.  В  те  времена,  будучи  лимитой,  мы  с  женой  не  имели  возможности  что-то  покупать  из  мебелей.  Зато  из  окна  нашей  ведомственной  квартиры  был  замечательный  вид  на  Рождественский  бульвар.
Однажды,  на  рассвете  выпал  первый  снег.  Белый - белый  и  девственно  чистый.  Спросонья,  я  заворожено  смотрел  в  окно.  Жена  рано  уехала  на  работу,  а  у  меня  был  выходной.
Я  выпил  кофе,  приходя  в  себя.  И  начал  писать  первый  снег.  В  творческом  порыве  приходят  иногда  в  голову  самые  неожиданные  идеи.  И  вот  такое  пришло.  Картину,  которую  я  писал,  я  разместил  в  моей  картине,  в  интерьере,  на  стене.  А  ещё  я  изобразил  на  заснеженном  бульваре  мою  жену  — Анюту.  По  масштабу  фигурка  совсем  крохотная,  но  узнаваемая  по  силуэту.  По  крайней  мере,  узнаваемая  мною.  Но  самое  странное  было  в  другом.  Анюта  держала  за  ручонку  маленькую  девочку  в  валенках,  в  рыжей  шапочке  и  в  красном  пальтишке.
Вскоре  у  нас  родилась  дочка  Настя.  Пришло  время  и  мы  повели  её  в  ясли.  Шла  Анюта  с  дочкой  зимним  бульваром.  И  была  Настя  в  валенках,  в  рыжей  шапочке  и  в  красном  пальтишке.
 
 
ХРАМ УСПЕНИЯ БОГОРОДИЦЫ В ПЕЧАТНИКАХ
 
От автора: Этот  московский  храм  расположен  на  пересечении  улицы  Сретенки  и  Рождественского  бульвара.  В  советское  время  в  нём  находился  музей  Морфлота.  У  входа,  со  стороны  бульвара,  стояла  скульптура —рулевой  со  штурвалом,  крашенная  кузбаслаком.  В  фильме  "Берегись  автомобиля"  есть  эпизод,  когда  Деточкин  пытается  угнать  автомобиль  у  Димы  Семицветова,  который  в  это  время  фарцует  магнитофонами  у  комиссионки  напротив  Морфлота.  Там,  на  втором  плане,  мы  видим  стены  храма  с  пилястрами  и  этого  самого  рулевого.
Прошло  лет  пятьдесят  с  тех  пор.  И  вот,  стою  я  с  этюдником  и  пишу  тот  самый  храм  со  двора.  И  наблюдаю  любопытную  сценку.  Пришли  во  двор  двое  молодых  с  баулом  и    видеокамерой.  Достали  из  баула  драные  башмаки,  потёртое  пальтишко,  шапчонку.  Один  из  них  нарядился  во  всё  это.  Кривляясь,  с  ужимками,   выпил  банку  пива,  бросил  её,  пнул  ногой.  Потом  начал  пинать  всё  вокруг,  что  подвернётся,  смачно  матерясь.  Похоже,  он  изображал  БОМЖА  или  кого-то  иного,  я  так  и  не  понял.  Закончив  съемку,  они  собрали  свой  реквизит  и  удалились.
Моя  внучка  предположила,  что  это  были  блогеры  и  снимали  видеоролик.  Не  знаю.  Я  из  прежнего  времени.  А  теперь  и  время  другое, и  герои.  


 

УТРЕННИЙ ДВОР
 
От автора: Этот  двор,  блуждая  по  старой  Москве  в  начале  90-х,  я  приметил  заранее.  И  вот  я  здесь,  в  Николощеповском  переулке.  Поставил  этюдник,  выдавил  на  палитру  красочки,  скипидар  налил  в  маслёнку  и  в  мыльницу.  Её  я  использую  для  мытья  кистей  в  процессе  работы.  Выпил  немного  пива  и  закурил. 
Дворик  был   старый,  обшарпанный,  в  общем,  колоритный.  Так  и  просился  он  ко  мне  на  холст.  И  я  приступил  к  работе.  Особенным  акцентом  являлась  лампочка  над  дверью  подвала.  Уже  утро  прошло,  день — деньской,  а  она  почему-то  горит.  Эти  световые  акценты  для  меня  как  лакомый  кусочек,  десерт.  Это  я  смакую  по  завершении  работы.
 Я  уже  было  полностью  погрузился  в  работу,  как  вдруг,  услышал  непонятный  нарастающий  гул.  Затем  голоса  и  крики.  И  что-то  вроде  скандирования.   Отложил  я  кисти  и  пошёл  в  переулок  посмотреть,  что  там  происходит.  И  вот  вижу  я,  что  в  подворотне,  в  арке  сидят  омоновцы  на  корточках  со  щитами,  а   по  улице  Садовой  движется  толпа.  Вернулся  я  во  двор,  к  своему  этюднику,  осмысливая  что  же   такое  происходит  и  как  мне  быть?   Следом  вбежала  молодая  пара  с  ребёнком  на  руках.  Они  были  явно  напуганы  и  прятались  во  дворе.
— О!  Художник  рисует!  —  удивлённо  воскликнула  женщина.   
С  Садовой  послышались  хлопки  и  я  понял,  что  там  стреляют.  По  пожарной  лестнице  карабкались  на  крышу  местные  подростки.  Мне  стало  страшновато.
— Там,  может  быть  людей  убивают,  а  ты  тут  картинку  малюешь! —  подумалось  мне.  Я  спешно  собрал  свои  причиндалы  и  покинул  это  место.
Через  месяц  я  вернулся  в  этот  дворик.  По-прежнему  мирно  горела  лампочка  над  подвалом.  На  новом  холсте  я  написал  то,  что  не  получилось  тогда.


 

ВЕЧЕР НА ТРУБНОЙ УЛИЦЕ
 
От автора: Этот  этюд  написан  с  помощью  фонаря  для  ночных  пейзажей.  Фонарь  я  сконструировал  в  90 - е  годы.  Это  небольшой  ящик  из  оргалита,  где  укреплены  9  парафиновых  свечей  в  шашечном  порядке.   Изнутри  по  трём  стенкам  размещены  зеркала,  а  четвёртой  служит  вставляемое  оргстекло.  Это  чтобы  ветром  не  задувало  свечи.  На  крышке  ящика  небольшое  отверстие -  вытяжка.  Зажжённые  свечи  бесконечно  отражаются  в  зеркалах,  что  усиливает  освещённость  холста  и  палитры.  Ящик  укреплён  на  треноге  и  его  положение  регулируется  с  помощью  барашков.

Этюд  я  написал  в  конце  90 - х,  в  ноябре,  со  двора  школы.  Тогда  дворы  не  были   ещё  закрыты.  Своим  ночным  фонарём  я  пользовался  несколько  раз,  но  сохранилась  только  вот  эта  картина.  Хотя  на  этом  не  всё.  Вспомнилось,  как  в  те  же  90 - е  надумал  я  написать  Исторический  музей.  Ближе  к  полуночи  заявился  я  со  своим  фонарём  на  Красную  площадь.  Установил  этюдник,  установил  фонарь  и,  зажёг  в  нём    свечи.  И  тут  же  невесть  откуда  явились  предо  мной  два  милиционера.  Да  это   и  понятно  — какой-то  ненормальный   в  центре  нашей  столицы   установил  что-то  вроде  гиперболоида.  За  давностью  я  не  помню  наш  разговор  с  ними.  Только  кончилось  тогда  всё  хорошо.  Пожелали  они  мне  творческих  успехов.  Вот,  бывает  же  по  жизни  такое.

 
 
ВЕСНА В ХЛЕБНОМ ПЕРЕУЛКЕ

От автора: Липы  тихо  роняли  свои   майские  первоцветы.   Тротуар  и,  около  пестрели  жёлтыми  крапинами.  День  был  безмятежен  и  прозрачен.  Я  стоял  с  этюдником  на  противоположном  тротуаре  и  приглядывался  к  дому  с  липами  напротив.  Там,  в  распахнутом  окне  закурил  мужик,  и  облокотился  на  подоконник.  Эта  бытовая  деталь  мне  пригодится,  подумал  я  и,  запомнил.
Разобрал  этюдник   и  огляделся.  На  крыше  высокого  дома  я  заметил  людей.  Чем  они  там  занимались  у  чердаков  понять  было  невозможно.  Судя  по  их  камуфляжной  форме  это  были  военные.  Времена  тогда  были  тревожные  и  непредсказуемые.  Только  что  закончилась  чеченская  война.  И  настроения  в  обществе  царили  упадочнические.  Быть  может  на  этой  волне  и  подумалось  мне,  что  там,  на  крыше  снайперы.   И  у  них  своя  сиюминутная  задача.  А  у  меня  своя.  Для  них  я  не  мишень  и,  надо  заниматься  своим  делом.
И  я  приступил  к  работе.  Хотя  некое  беспокойство  меня  не  покидало.  И  я,  нет-нет,  да  и  поглядывал  на  крышу.  Впрочем  людей  там  уже  на  было.  Возможно,  про  снайперов  мне  только  померещилось.  Так  или  иначе,   но  этюд  я  закончил.   И  даже  про  курильщика  в  окне  не  забыл.
Несколько  лет  назад  мне  заказали  авторский  повтор  с  этого  этюда.  Я  написал  повтор  и  его  купили.   И  вот  сейчас,  когда  я  пишу  эти  строки,  подумалось:  "  А  нет  тот  ли  это  человек  в  окне,  что  курил,  облокотившись  на  подоконник,   заказал  мне  повтор?  Да,  нет,  это,  пожалуй  уже  фантазийный  перебор.  Да  и  всё  равно,  минуло  уже  то  время  и  ничего  не  узнать".

 

ОСОБНЯК НА УЛИЦЕ БАХРУШИНА
 
От автора: Я  как  увидел  этот  особнячок,  сразу понял — это  мой  мотив.  Непременно  буду  писать.  Особнячок  воспринимался  мною  как  некий  чудачок.  Все  детали  его  экстерьера  выглядели  явно  харизматично.  Чердачный  этаж  смотрел  на  меня  удивлёнными  оконцами.  Я  ему,  похоже,  тоже  приглянулся,  поскольку  работалось  мне  радостно  и  даже  как-то  весело.
Место   здесь  людное  и  потому  много  любопытствующих  интересовались  моим  этюдом.  В  общем  народу  нравилось  то,  что  я  делаю.   Одна  дама,  очевидно  местная,  поведала  мне,  что  в  особнячке  живут  и  работают  художники.  Но  она  ни  разу  не  видела,  чтобы  кто-то  из  них  рисовал  свой  домик.  Я  ничуть  не  удивился  этому.  А  может  быть  они  авангардисты,  занимаются  инсталляцией.  И  особнячок  совсем  не  их творческое  направление,  не  их  тема.
Как  это  часто  бывает,  только  я  успел  запечатлеть  особнячок,  как  его  тут  же  снесли.  Место,  где  он  раньше  находился,  можно  понять  по  Павелецкому  вокзалу,  который  изображён  на  картине  вторым  планом.

 

КАРИАТИДА
 
От автора: Приехал  я  недавно  на  улицу  Сергия  Радонежского  навестить  кариатиду,  которую  изобразил  двадцать  лет  назад.  Уж  и  не  думал  я,  что  она  сохранилась.  Место  это  узнал  с  трудом. Тогда  эта  улица  называлась  Тулинская.  Арку  там  застеклили,  всё  окрест  облагородили.  Саму  кариатиду  подштукатурили  и  подкрасили.  Видно,  сочли  её  важным  артефактом.  Нынче  там  какой- то  медицинский  центр.
А  тогда,  двадцать  лет  назад,  когда  я  стоял  там  с  этюдником,  местный  житель  поведал  мне  историю  про  кариатиду.  Якобы  один  состоятельный  человек,  предположительно  купец,  полюбил  девицу  из  простолюдинов.  Но  что-то  у  них  не  сложилось.  То  ли  девица  трагически  погибла,  то  ли  их  разлучили.  Не  знаю.
В  общем,  тот,  разлучённый,  заказал  скульптору  эту  кариатиду  в  память  о  своей  возлюбленной.  И  вот,  давно  уже  нет  того  купца  и  его  возлюбленной.  И  свидетелей  нет.    Ну,  а  я  рассказал  вам  эту  байку  со  слов  другого  рассказчика.  Как  говорится  в  народе,  за  что  купил,  за  то  и  продал.

 

ПОЛУНОЧНИКИ

От автора: Очень  трудно  порой  художнику  объяснить,   как  рождается  его  картина.  Сразу  вспоминается  хрестоматийное  ахматовское:  "Когда  б  вы  знали  из  какого  сора  растут  стихи,  не  ведая  стыда".  В  поэзии,  в  живописи,  в  музыке  есть  свои  общие  законы.  Кто  совмещал  что-то  из  этого,  тот  хорошо  понимает  сказанное.
Мысль  творца  летуча.  Стоит  только  зацепиться  за  что-то  и,  вот  уже  понеслось.  И  невозможно  объяснить  этот  процесс.  Зритель,  читатель  видит  уже  результат. В  бандитские  непредсказуемые  девяностые  годы  бродил  я  арбатскими  переулками.  Уже  стемнело  и  ночная  жизнь  творилась  вокруг.  Вот  тогда  я  и  приметил  эту  сценку.  Фотоаппарата  при  мне  не  было  (кстати,  до  сих  пор  стараюсь  обходиться  без  него).  Я  сделал  почеркушку  и  словесные  пометки  в  свой  блокнот.  На  следующий  день  я  написал  этот  сюжет.  Этюдом  его  не  назовёшь,  поскольку  я  не  работал  красками  непосредственно  на  натуре.  Потом  работу  купили  и  я  про  неё  забыл.  Много  лет  спустя,  перебирая  старые  материалы,  мне  попалось  фото  с  этого  "этюда".  И  я  написал  композицию,  назвав  её  "Полуночники".

 
 
 
НА БОЛЬШОЙ ОРДЫНКЕ
 
От автора: С  чьей-то  подачи  (сейчас  уже  и  не  вспомнить)  побывал  я  пару  раз  в  доме  на  Большой  Ордынке.  Сейчас,  там  во  дворе  установлен  памятник  Ахматовой.  А  тогда,  в  конце  90-х  годов  шли  разговоры  о  создании  в  этом  доме  музея  её  памяти,  где  русская  и  советская  поэтесса,  не  раз  гостила  у  писателя  Ардова.  Помню,  один  из  вечеров  в  бывшей  квартире  Ардова  вёл  писатель  Валентин  Берестов.   Но  главное   для  меня  в  том,  что  я  написал  там  довольно  удачный  этюд.
Спускаясь  с  этажа  третьего  и  минуя  второй,  с  лестничной  площадки  я  увидел  этот  мотив.  И  сразу  понял,  что  это  надо  написать.  На  первом  плане  по  старой  кирпичной  стене  –  колючая  проволока,  а  дальше,  за  старыми  строениями,   храм  Климента  на  Третьяковке.  Было  в  этом  нечто  символическое.   И  в  то  же  время  несуразность  какая-то.  Вот  это  меня  и  заворожило.  На  следующий  день  я  пришёл  туда  с  этюдником.  
Уже  сейчас  много  лет  спустя  можно  предположить,  что  это случилось  в   феврале.  Небо  хмурое  и  крыши  занесены  снегом.  Но  в  дневнике  за  тот  год  я  нашёл  запись,  что  было  самое  начало  апреля.


КУПИТЬ ЗДЕСЬ:
 
 

Владимир Парошин
в Телеграм:
 


 
Сайт визуального искусства Иероглиф 
 
  
Московский Союз Художников 
 







Copyright Paroshin.ru © 2011-2017
Персональный сайт Владимира Парошина