В галерею "Новые поступления" добавлен портрет Яниса, винодела, музыканта и художника. Перейти...


Вышло в свет издание книги - альбома «Москва нашего детства». Перейти...

Рассказ "Архитектура" в Творческой хронике Владимира Парошина. Перейти...

Уважаемые посетители! Обсудить работы Владимира Парошина вы можете на сайте галереи визуального искусства "Иероглиф". Перейти...

В популярной социальной сети Facebook размещены некоторые работы Владимира Парошина.

 

Путевые заметки шабашника. История четвертая

Однажды,  давно,  шёл  я  зимней  дорогой.  Вечер  был  поздний,  подмораживало.  Накануне  всю  ночь  завывала  вьюга,  поутру  она  перешла  в  позёмку.  Рейсовым  «пазиком»   я  ещё  успел  добраться  до  села  Второе  Песьяново,  но  вот  вернуться  в  город  мне  было  не  суждено.  Позёмка  мела  весь  день  и  хотя  к  вечеру  поутихло, однако  дороги  уже  занесло  окончательно.  Оставалось  одно – найти  кров  и  заночевать.  Но,  сознавая,  что  завтра  мало  что  изменится  и,  дороги  не  станут  вдруг  проезжими,  подумал  я,  уж  не  отправиться  ли  мне  пешком.  Весь  день  я  колебался,  надеясь  на  случайную  попутку  до  города,  но  только  к  своей  досаде  упустил  время. И  решился  идти  лишь  когда  окончательно   стемнело  и  село  мирно  мерцало  в  кружеве  вечерних  огней.
 
Покинув  сельский  клуб,   моё  временное  пристанище,   осилил  я  несколько  сугробов  и,  ступив  на    дорогу,  зашагал  к  тёмному  лесу.  Мне  предстояло  пройти  грунтовкой  километров  двадцать  до  шоссе,  что  ведёт  в  город  Ишим.  О  распутьях  и  развилках  впереди  я  не  тревожился,  доверясь  своей  интуиции. 

Над  лесом  застыла  луна.  Зеленоватое  гало  обрамляло  её.  В  лесу  идти  стало  труднее:  путь  едва  угадывался  редкими  проплешинами  среди  снежных  барханов.  Я  изрядно  взмок,  идя  через  лес,  пока  снова  не  ступил  на  твёрдую  дорогу,  вылизанную  позёмкой.  Потом  деревья   снова  сомкнулись,  но  теперь  это   были  только  перелески,  чередующиеся   со  степью,  где  шагалось   вольготно  и  можно  перевести  дух.  Однако  передышек  я  себе  не  позволял,  понимая,  что  в  мороз,  разгорячённый,  могу  запросто  простыть.  Да  и  жутковато было   останавливаться  в  безмолвном  лесу,  где  ни  души.  Так  и  шагал   я,  мысленно  прикидывая,  сколько  ещё  осталось  до  шоссе. 

И  занесла  же  меня  нелёгкая  в  это  Песьяново  минувшей  осенью,  когда   подрядился  я   оформлять  колхозные  стенды  пятилетки.   Работу  свою  я  выполнил  раньше  срока  и  акт  на  приёмку  подписали,   да   только  вот  получить  заработанное  оказалось  не  так-то  просто.  Сначала  денег  в  кассе  не  оказалось,  потом  кассир  заболел,  а  затем  и    самого  председателя  колхоза  было  не  застать  на  месте:  то  он  в  поле  уехал,  то  на  машинный  двор,  то  на  совещание  в  райцентр,  то  неизвестно  куда  и  на  какой  срок. И  потому  застать  его  в  рабочем  кабинете  не  представлялось  возможным.  И  дозвониться  с  городского  телеграфа  не  получалось,  не  брал  он  трубку.  Так  и  мотался   я  в  этот  колхоз,  нутром  чуя,  что  здесь  что-то  не  так.  Уже  и  снег  выпал  и  зима  пришла,  а  я  всё  как  неприкаянный.  И  вот  в  очередной  мой  приезд  кто-то  из  сочувствующих  просветил:
-  Да  прячется  он  от  тебя,  не  понимаешь  что  ли?   Прошлый  раз  увидел  тебя  в  окно  и  говорит  секретарше:  «Галя,  закрой  мою  дверь,  опять  этот  художник  приехал».  Ну,  и  та  -  его  на  ключ.  Ты  что  не  знаешь,  что  он  цыган?  Да  этот  любого  вокруг  пальца  обведёт,  а  копейку  сдерёт.

В  начале  80-х,   в  эпоху,  так  сказать,    развитого  социализма  стройбригады   из  Закавказья  и  Молдавии  заполонили  юг  Тюменской  области.  Полагаю,  встретить  их  можно  было   и  в  прочих  городах  и  весях  нашего  отечества,  но  говорю  лишь  о  том,  что  знаю.  Строили  они  коровники,  фермы.  Подряжались  на  отделочные  работы  сельских  клубов,  школ,  поликлиник.  Встречались  конкуренты  и  по  моему  ремеслу.  Как-то  по  весне   предложил  я  директору  совхоза  эскиз  мозаики  на  фасад  нового  Дома  Культуры.   Эскиз  был  замечательный,  и  я  непреложно  верил  в  его  благоприятное  воздействие.  Директор  эскиз  одобрил,  сказал,  что  клуб,  конечно,    оформлять  надо  и  средства  для  этого  имеются,  только  надо  договориться.  Будучи  наивным  идеалистом,  не  понял  я  директора.  Да  вот  же   я  -  художник,  вот  мой  замечательный  эскиз,  который  я  готов  воплотить  тут  же,  и  с  кем  ещё  надо  договариваться  до  меня  не  доходило.  И   лишь  по  осени,  когда  проезжал  я   мимо  села  и   увидел    на  фасаде  клуба  новоиспечённую  мозаику,  до  меня  дошло,  что  договориться  -   означает  поделиться  своим  заработком.  Позже  сталкивался  я  с  этим  ещё   не  раз.  Механизм  такой  договорённости  до  цинизма  прост:  заключается  договор  на  одну  сумму,  затем  перезаключается  на  меньшую  и  разницу  получает  директор  и  иже  с  ним.  И  все  довольны.  Ну,  да  вернёмся  к  нашей  мозаике.   Автора  я  вычислил  сразу:  обложка  журнала  «Агитатор» - бездарное  подражание  «Окнам  РОСТА».  Из-за  земного  полушария  виден  по  грудь  пролетарий  с  красным  знаменем,  на  котором  написано:  «Слава  КПСС».  Поскольку  пропорции  плаката  в  «Агитаторе»  и  панно  на  фасаде  клуба  не  совпадали,  то  находчивый  исполнитель  вытянул  всё  по  горизонтали.  Знамя  он  удлинил  раза  в  два,  земное полушарие    расширилось  и  околоземное  пространство  соответственно  также.  Пролетарий  же,  вследствие  планетарных  катаклизмов,  плечистей  не  стал,  выглядел  щуплым  и   вызывал  сочувствие.  Сибирскую  зиму  эта  мозаика,  если   можно  её  таковою  назвать,   не  пережила.  Частью  потускнела,  частью  осыпалась,  поскольку  материалом  для  неё  послужило  обычное  подкрашенное  стекло.  Но  дело  было  сделано,  а  после   хоть  трава  не  расти.

Вот  в  те  времена  и  был  я  из  тех  многих,  кто  промышлял  шабашкой.  Когда  ситуация  с  невыплатой    за  стенды  по  пятилетке   так  прозаически  прояснилась,  то  решил  я  обратиться  в  суд.  Ничего  другого  мне  не  оставалось.  Возможно,  подобных  исков  здешний  суд  не  знал  и  был  я  в  своём  роде  первопроходцем.  Выждав  недели  две,  приезжаю   я  во  Второе  Песьяново.  Захожу  в  правление,  председатель  в  своём  кабинете,  зыркнул  на  меня  и  говорит:
-  Ты  что  это  по  судам  ходишь?
-  Так,  Николай  Петрович,  что  же  мне  остаётся?  Деньги-то   я  не  могу  получить.
-  Не  можешь,…  Кто  ж  тебе  не  даёт?  Галя  -  позвал  он  -  Скажи  Ильиничне,  пусть  его  рассчитает.  Не  может  он…  -  и  начал  перебирать  бумаги  на  столе. 

…Вот  так,  вспоминая  все  эти  невесёлые  подробности,  шёл  я  зимней  дорогой.  Уже  четыре  часа  был  я  в  пути.  Шарф  мой  обледенел   от  дыхания  и  был  и  был  чем-то  вроде  жестяного   ошейника.   Как  на  колодках  я  преодолел  последние  сугробы,  выходя  к  просвету  впереди.  Услышал  шум  мотора  и  понял,  что  шоссе  рядом.   Я  стоял  на  обочине  и  «голосовал».  Редкие  машины,  больше  -  грузовики  проносились  мимо.  И  не  мудрено:  водители  неспроста  опасались.  И  то:  что  за  мужик  там,  на  обочине  и  откуда  взялся  он  в  столь  поздний   час,  когда  поблизости  ни  одного  населённого  пункта.  Всё  же  один   притормозил.    В  пути  поведал  я  ему  свою  историю. 
Шофёр усмехнулся:
-  Тебе  ещё  повезло  -  у  тебя  бумага  была.  Мы  прошлым  летом  большак  ровняли,  оттуда  до  Песьяново    с  полкилометра,  не  боле.  Так  вот,  председатель  твой  попросил    дорогу  подровнять  до  деревни.    Вроде  как  договорились,  и  заплатить  пообещал.   Мы  грейдером  прошлись.  И  вот  как  в  твоём  случае  -   пропал,  и  с  концами.  И  не  найти  его.  Одно  слово  -  цыган.   
 
Владимир  Парошин
Апрель  2013 год.
 
 
 
 
 
 
 

Приобрести картину маслом

Если вы хотите приобрести картину маслом для оформления интерьера, прочтите рекомендации художника. Все картины выполнены хорошими масляными красками на холсте, натянутом на подрамник. При желании заказчика готовая картина помещается в подходящую раму.
 
Сайт визуального искусства Иероглиф 
 
 
 
 
Московский Союз Художников 
 
 

 

 







Copyright Paroshin.ru © 2011-2017
Персональный сайт Владимира Парошина